Пляска святого Витта среди развалин,
Гром неомузыки не отразится от стен
В том пластилиновом городе, что музыкален
И призрачно тонок аж до семи колен.

Нет, до семи холмов. Что застыли грудой
Этих округлых арок из кирпичей,
Которые помнят и Цезаря, да и Брута,
В мантиях алых с застежкою на плече.

Стоп, завсегдатай таверн и узких кварталов!
Разве не знаешь, что город стоит на костях?
Помнишь, как сабинянок они воровали
И как гладиаторов превращали в прах?

Мощные ноги в сандалиях здесь отшагали,
Навеки впечатав в булыжник размеры ступни.
Нет, не получится больше, как в пасторали,
Из пепла, из мусора, и из распятья они.