Страшно идти на плаху. Очень страшно казнить.
Миловать, миловаться — сладок же общий корень.
Лезвием языка разрезается нить —
в бесконечности фраз, в окончательном споре.

Чья, скажи, запятая оказалась честней?
И глаза нараспашку, и душа — all inclusive.
Местоимение первого лица во множественном числе —
кровожадный божок в пантеоне иллюзий.

Эту грамоту Карлсон объяснял Малышу
с прямотой, выдающей зрелый возраст пророка.
Жизнь — нормальный учитель. Я пишу, я дышу.
А не вмажет под дых — не усвою урока.

Ноябрь 2016