Уже не слишком интересно,
Бродить по плоскости земной.
Зато все чаще мыслям тесно,
Начну - не против? - по одной

Чего: Ума?. Таланта? Света?
Недостает стихам моим?
Да сколько б лет жила Джульетта,
Когда б Ромео был вторым?

На чем последнюю страничку
Переверну, и как - ведь грех,
Изжить редчайшую привычку,
Считать себя умнее всех.

Пускай не всех, хотя бы - многих,
Хоть половины, с кем знаком.
Как быть своим среди убогих,
И не считаться дураком.

Что в бесконечности эфира
Есть я, и, боже, вразуми -
Ну отчего в пустыне мира
Так тесно, черт ее возьми?

Там в пику чьим-то упованьям,
Не стал я - слава и аминь,
Мужчиной - в женском пониманье,
Любимцем битвы и рабынь.

Зачем вопросы без ответов,
Зачем ответ, когда не ждешь.
Зачем из множества сюжетов,
Ты свой сюжет не узнаешь.

Зачем помешан век на силе,
Зачем она не тем дана,
И отчего в кишащем мире,
Так пусто. Есть ли чья вина,

В том, что горчит ночная свежесть,
И размывает серый дождь ,
Почти что пушкинскую прелесть,
Почти шекспировскую мощь.

Зачем... мне вечного касаться?
Едва ль длиннее мига путь.
Ни толком с мыслями собраться,
Ни глубже в зеркало взглянуть.