Мой город нынче пьян до глупых голубей,
Шныряющих вокруг и вечно что-то жрущих.
Мой город – полынья, убьешь меня? Убей.
Убей мою хандру и… голубей до кучи.

Ты триста лет стоял и пил портвейн дождей
И триста простоишь, в воде каналов корчась,
Тебя поил не я, стой над Невой, балдей -
Торчащий из болот меж финских низких кочек.

Не я тебя вогнал в туман, ты сам зашёл,
Шатаясь и кряхтя хламьём пятиэтажек,
Напился – закуси, и будет хорошо.
Пусть ты закусишь мной, ведь, я не против даже.

Послушай, ты смешон, угрюмо-жёлт и тощ,
Скажи, когда же ты бываешь настоящим?
Когда тебе в лицо плюёт осенний дождь?
Так пей хоть каждый день «до ёжиков шуршащих».