Тусклый свет одичавших далёких лун
Ждёт безмолвно ответа от волчьей стаи.
Одолжив у бескрайних небес иглу,
Ночь умело судьбу в тишине латает.

Сквозь туман на разбитой телеге я
По камням да обломкам надежды еду.
Дум печальных струится элегия,
Сам с собой непрестанно веду беседу.

Как попал в эту гавань заблудших душ,
Мне не вспомнить и суть не понять явлений.
Бег секунд отрешённости местной чужд,
Время здесь, как и я, позабытый пленник.

Надзирателем ворон летит за мной.
Словно зная ответы на все вопросы,
Направляет крылом проводник немой
Через скопище страхов, сомнений россыпь.

И, не выдержав пытки самим собой,
Я взмолился: «Так лучше бы в пекле вечно
Прозябать, чем лелеять былую боль
От ошибок, вершившихся безупречно».

«Будь по-твоему, коль не угасла страсть,-
Ворон каркнул, - вернись в закоулки ада».
Яркий свет. И, над телом моим склонясь,
В белых масках возникла врачей бригада.