Предзакатный цветок догорает в июльской ночи,
Горизонт обречённо дрожит на его лепестках.
У замшелых камней, где густая осока горчит,
Одинокая тень у воды холодна и близка.

Присмотрись и поймёшь – это мавка сидит на камнях,
Из кувшинок плетёт для себя белоснежный венок,
А быть может, готовит прощальный венок для меня,
Для одной из дорог… для последней из смертных дорог.

Ты заглянешь в глаза и уже не спасёшься от них,
Рассмеётся колдунья, утянет в холодную зыбь.
А под тёмной водой заиграют шальные огни,
И осока всплакнёт ручейком горьковатой росы.

Если долго сидеть у реки, то увидишь цветок
Из венка, что безумная мавка на камне плела.
А в обманчивой дымке, где солнце встречает восток,
Померещатся два опалённых лучами крыла.