Его дыхание несвежее
учуяла по сквознякам.
Женоподобный кепи бежевый
лишь однозначно дуракам
весьма подходит и в натуре он
ко мне с букетом подошёл.
Откашлявшись, вдруг драматурно так
сказал: "Всё будет хорошо.
Сейчас пойдём с тобой в прибежище
и там погасим лампы свет.
Теплее там, здесь столько снежища,
что вьюга стонет в голове.
Во тьме расстанусь с целибатом я.
Мария Магдалина - ты.
Узнал когда ну,.. ты - с солдатами.
Ах да, букет, купил цветы."
Кругом народ галдит испуганно:
"Псих из диспансера сбежал!"
Врачей опять подвергли ругани,
все словно сели на ежа.
Я - опер и допрос с пристрастием
враз обеспечила б мальцу.
Жаль - сумасшедший, вот несчастье-то,
а то б - СИЗО, "браслеты", суд.
Вот вой сирены, это - "скорая".
Садись, монашек, не балуй.
А чтобы не смотрел с укором ты,
пошлю воздушный поцелуй.