Первоисточник вдохновения:

А контрамоция обязательно должна быть непрерывной? ©

В истории – контрамоция и нездоровая суета
в полночь перестроившихся мгновений:
по непроверенным сведениям – где-то там
кто-то тычет палочкой в муравейник.

Изнемогая от нетерпения и вселенской любви,
рассчитывает, в прошлое проникая,
сколько бабочек надо ещё убить,
чтобы Авелю не позавидовал Каин.

Если, истончаясь, рвётся памяти нить –
это мы свихнулись или прозрели?
Эй, меня подождите, я тоже готов оценить
геноцид насекомых ради великих целей.

Снова полночь, кто-то выбрался в палеолит:
топчет землю самозабвенно и пылко –
и вот уже то, что помнили и берегли,
вызывает праведный гнев и ухмылки.

Кто-то прихлопнул жука – и рушатся города...
Только привыкнешь, как палочкой снова тычут.
Остановите время, оно поворачивает не туда!
Полночь.
Насекомые вымерли.
Жалко птичек.



Душевный отклик:


Контрамоция? Дайте две!

В истории контрамоция – полезнейшая, скажу вам, вещь.
Полезнее разных рецептов лживых.
Укусил вас, к примеру, энцефалитный клещ.
Часок контрамоции – и вы живы!

Поминая сердечно японского городового мать
от Москвы и до самых, пардон, окраин,
с контрамоцией легче как-то понять,
откуда на Руси взялись Авель и Каин.

«Если, истончаясь, рвётся памяти нить»,
и Альцгеймер уже не за горами,
контрамоция таки может память вам заменить,
не давая навек отчаяться в личной драме.

Снова полночь, контрамоцикл свой завожу -
и до утра на нем давлю тараканов.
Таракан – это вам не какой-то там жук.
Не возьмешь на понт, разве только тараном.

Как-то хлопнул себя по лбу – одного наповал.
И поехал - в астрал, по Дороге Млечной.
Только ветер звёздный тихо-тихо на ухо мне напевал:
«Эх, чудак-человек…
Оставь…
Тараканы вечны!»

*)

===
Полный разбор полета тут.