Воскресенье.
Нет, я не Мурзик. Я — терпила. Страдать неистово доколь?
О бог кошачий, дай мне силы влачить без ропота юдоль.
Пройду ль долиной смертной тени? Звериный ангел, сохрани!
О сколь немыслимых мучений стерпеть пришлось за эти дни.
Я моряком нырял в корыто, спасался от горошин-пуль...
Энергии переизбыток у внука вашего, бабуль!
Меня спасите от сатрапа, не то снесёте на погост!
Хромают все четыре лапы, редеет шерсть и ломит хвост.
Эх выручай, моя сноровка! Святая Бастет, помоги!
Бабуляааа, я сижу в духовке. Не вздумай ставить пироги.

Пятница.
Кричу весь день своей старушке (вспотел, устал, охрип слегка).
Она в ответ: "Ты хочешь кушать?" — и наливает молока,
кладёт мне рыбу и печёнку, и сыплет разные корма.
Я не хочу! Вер-ни ре-бён-ка! Я без него схожу с ума.
Уже волнуются соседи: "Вы что, — мол, — мучите кота?"
Бабуууууль! Ког-да вну-чок при-е-дет? Эх ты... святая глухота.
Замолк. Лежу с унылой рожей, весь этот мир в тоске кляня.
Звонок. Уррра! Приехал всё же! Беги скорей искать меня!