Закат из красной глины лепится,
И с пылу - в обжиг.
А месяц из-за тучки свесится,
Достанет ножик,
И будет резать не считалочно,
А - по живому;
И множить счёт ударов палочных,
И резать снова.
И мне - водить; бродить заброшенной
Тропинкой длинной,
По подсыхающему крошеву
Закатной глины.
И месяц, жёлтый от бессонницы,
(Пиши пропало!)
Возьмётся бить, чем только вспомнится,
За что попало.
А что «пропало», - всё в сохранности:
Ищи – отыщешь!
Как след тридцатилетней давности
В асфальт ступивший.
Кружат стихи давно забытые,
Но ускользают,
И не даются в руки,
Видимо,
Не узнавая.