В молоке полощет лунный свет
Синие парчовые гардины.
На окне ветвистый бересклет
Мнит себя оливою старинной.

Той, что полнит Гефсиманский сад
И скрывает мудрою листвою
Бывшее тысячелетия назад
Там, где и ночами много зноя.

Ну а здесь, конечно, холодней.
Город — это, в общем, злая сила…
Он, подлунный, примирился с ней,
Сколько б я о счастье ни просила.

Видимо, не каялась, когда
О тебе мечтала ошалело.
Уводила — так, чтоб навсегда,
Чтобы свет сходился клином белый!

Он сошёлся, только обо мне
Помнить во-вторых почти жестоко…
…Бересклет ветвистый на окне
Стал похож на жухлую осоку.

…Истекает полуночный бред
В прошлое, а в комнате картина:
В молоке полощет лунный свет
Синие парчовые гардины.