Я вычита́ла дни из этой жизни,
а жизнь из дней, когда метались мысли –
искали выход, истину и смысл.
А под окном стога усталых листьев
к горению прощальному рвались.

Но вдруг срывался лист – один из тыщи –
и уносился прочь от пепелища,
задумчиво махая пятернёй.
А мне казалось – ставший дальним ближний
по осени прощается со мной.