Уходя от зимы запасными путями,
укрываясь от бед,
поднимается солнце в холщовой панаме
на Тянь-Шаньский хребет,
где, проснувшись, шуршат и качаются ели,
тишину распоров,
где ни вьюжного плача, ни стона метелей,
только шёпот ветров.
Только память, в которой морозы стеная,
заграждали мне путь.
Только голос Господний: «Не бойся, родная».
И не страшно ничуть.