Месяц, сутки где-то пропадавший,
Зашуршал дремучей стариной,
Донышки лощин и балок чаши
Гиблой заполняя тишиной.

Походя погрыз рябины кисти,
В кадку дождевую бросил блик.
Сдвинул горстку плавающих листьев,
Свежею водой обрызнул лик.

Мельком глянул к Лешему в окошко,
Звук услышал длинного зевка.
Около печи горшкам и плошкам
Высветил округлые бока.

Леший поднялся, пошел сутулясь...
Начал рыться в затхлой кладовой.
Вытащил листвою полный туес,
Короб с паутинистой корой.

К вечеру у нечисти ворсистой
Взвыли с голодухи животы.
Он подкинет в омут ворох листьев,
Тьмищу – в узловатые кусты.

В глушь пойдет, упавшей веткой треснув...
Мшистой дланью вытряхнет чулан.
Вытечет в болотину из леса
Пар молочный – матовый туман.

Вспомнив о готовом каравае,
Леший отопрет заслон печи.
Хлынут, всю каморку заливая,
Яркие горячие лучи.