«... А сорок сорок клевали творог» -
прощался смешной прибауткой.
Присел на дорожку.
Шагнул за порог -
и стал неизвестностью хрупкой.
Десятки дорог свивались в клубок,
вели на погибель незрячих.
Но сорок галдящих
чернильных сорок
кружились надеждой горячей
во всех твоих письмах.
Я видел во сне
беду: белокрылой сорокой
она замерзала и падала в снег,
багровый от горького сока
рябиновых ягод.
Холодный восток
пылал Воскресением вербным.
И сорок сорок склевали творог,
а ты
до сих пор
в сорок первом…