1
Можно ли песней сломать занесённый меч,
Армии вражьей атаку остановить?
Голову едкая шутка снесёт ли с плеч?
Именем Бога в доспехи себя облечь
Яростный воин сумеет хотя б на миг?

Снова сомнение: будет ли прок от слов?
Ливень стальной не окажется ли сильней?
Отсветы пламени - нынче закат багров,
Ветер вздымает до неба дымы костров,
Ангел со страхом глядит на ползущих змей.

2
Между пыльных страниц, неприметных на вид,
Аритмию ушедших эпох уловив -
Голоса погребённых столетья назад
И замолкшие звуки забытых баллад,
Ятаганов и сабель пронзительный свист,
Самозванца посулы (а был он речист),
Лошадиное ржание, всплески воды,
Оборвавшийся крик: "Ах, туды-растуды!" -
Ворошила былое и, память храня,
Аккуратные строки я строила в ряд.

3
Мне снова умирать под звездопадом,
Античной статуей застыв... Так суждено -
Глядеть на мир пустым, остывшим взглядом
И в сотый раз твоё читать письмо.

Язык невольно присыхает к нёбу -
Сорвать печать и закричать нет сил.
Латаю душу - слёзы не помогут -
Обманчиво спокойствие могил...

В десятке строк теперь вся жизнь моя,
А может быть, и мудрость бытия...

4
Меркнущий день утекает по капле из рук,
Армия синих теней подступает неслышно,
Голову снова тихонько склоняю над книжкой.
Искоса смотрят родные: "С чего же ты вдруг
Явь заменила на сказки? Взглянула б вокруг!
Сколько недель ты ещё взаперти просидишь?
Ладно, была б некрасивой, бесцветной, как мышь..."
Образы книжные вижу я перед собою,
В них погружаюсь, забыв обо всём, с головою.
Аспидно-чёрная ночь опускается с крыш...