Хозяйка таксы, Брунгильда Львовна,
Во двор выдвигается в восемь ровно.
Ругает кулёк в полосатой попонке,
Пока он устраивается в сторонке:
Давай, мол, быстрее, не зли соседей.
И так все знают, что ты не леди,
А безразмерный хвостатый сосидж,
И что ты жрать постоянно просишь.

Бурча по многолетней привычке,
Надев целлофановую рукавичку,
И на планете создав уют,
Она унижает всех тех, кто пьют,
Кто курят, кто мусорят мимо урн.
Тем временем под брунгильдин ноктюрн
С одышкой лает на воробья
Такса, от злости сама не своя.

До хрипа налаявшись, мчит к подъезду
Впадать в заслуженную сиесту.
И, покорив крутое крыльцо,
Брунгильде заглядывает в лицо.
Пыхтя и носом крутя по дороге,
Запоминает встречные ноги,
Пользы в итоге не принеся.
Такая рыжая вся.

Брунгильда таксу хватает за морду
И в нос вездесущий целует гордо.
И таксин розовый язычок
Цветёт у брунгильдиных щёк.