I
Была б любовь афганской коноплей,
За городом нередко бы встречались.
Пока кипит в долинах травостой,
Мои ладони покрывает чарас.
Ее ладони порождают чарас,
Пока вода уходит и в звериных
Глазах рыбешка мечется на глине.
Надеется в лягушку превратится,
Но эволюцию опережает птица:
На послевкусие сегодня - рыбий страх.
Зеленой гусеницей
спал бы в волосах,
Была б любовь афганской коноплей.
Невзрачна мать цветов,
парящих над землей
(Ни Сальвадору, ни экватору не снились).
...Равнина - океан с замедленной волной,
Где вместо пены - кукурузный силос,
Полова - пыль. А что такое снег?
Пусть разберется птица коноплянка.
А я вспорхну над миром по весне -
Веселой гусеницы грустные останки.

II
По ком звенят головки маков?
На солнце августа - надрез.
Коконопрядами заплакал
Отравой освеженный лес.

Зачем вам голенькие пихты -
Гражданки леса, древостой?
Личинки падают так тихо,
Как мак звенит полупустой.

А после - просека в засеке,
Деревья валятся во мрак.
Не получилась самосейка.
Звенел, наверно, просто так.

До корешков - декоративный,
Как дровосек, и лес, и степь.
Где тише, горьше и наивней
Звон богомольих оотек.