искажение поля.
планета меняет ход,
разрывая привычную плавность своей орбиты.
я раскрашивал это небо не первый год,
я раскрашивал с неба осколки стекла и лед,
я раскраивал небо.
и, видно, теперь мы квиты.

не жалею,
не жду,
не живу за стеной причин,
и нутро не взрывается ритмом сердечной тряски.
кто-то строгий и аккуратный во мне молчит
и его не способны рентгеном поймать врачи –
он фиксирует то, как растет на планете ряска.

по прогнозам всё неизбежно идет на дно,
на котором сгоревшие угли уже остынут
и сжимаются памятью дни и обрывки снов
и все страшное – странно, а странное – так смешно.
я и небо,
и дно,
и планета.
и все едино.