Весна, свирепствует хамсин,
жара под сорок,
с утра над городом висит
песчаный морок.
Размыты контуры домов,
а море серо —
возможно, это пыль веков
былых осела.
Вот-вот появится Пилат,
попросит яда,
и повинится: «Вышло так —
есть слово "надо".
Болела адски голова —
хамсин неистов...
Ко мне безжалостна молва,
ей не до истин».
...И я, конечно же, пойму
(а кто безгрешен?).
Пилат шагнёт в густую тьму,
в покой кромешный.
Нисан. По-прежнему хамсин.
Где быль, где небыль?
Среди толпы стою один
под жарким небом,
в миру, где войны через день,
где брат на брата.
У человечества мигрень,
а мы — пилаты…

Музыка и исполнение Эмилии Розенштейн