«…дождя не хочешь, – и нет дождя…»
Е. Н.

Говорит: нет дождя. И становишься – нет дождя:
куришь трубку мира, глядишь сквозь тучи, "даешь" вождя
и надеешься, скоро, три вечности обождя –
обождав, верно, все-таки, – сгинет седой туман,
время будет зеленым, слезиться на кухне кран,
на ночь сын поцелует – последний из могикан.

Говорит: зеркала. И становишься – зеркала:
на висках серебро и в митральном живет игла;
отражаешь улыбки с другой стороны стола
и слова, тишины амальгаму, опять слова,
что в бездождье за хлебом может слетать сова;
что возможно придется уехать на месяц-два,

а потом вернуться придется, на пару дней.
Пустяки. Зеркала не завешивай, им – видней. –
Ты сидишь и надеешься, что отразишься в ней. –
А она говорит: нет дождя, зеркала, а жаль…
не грусти, бывает, и не отражай печаль –
ожидали сирокко, а, надо ж, подул мистраль –
не грусти, нет дождя, зеркала, бывает…