Тебя опять надули,
прекрасный шар.

У-у! злом ленточного червя
перетянутый
пупок с пустотой.

В щепотке малыша
обречён болтаться
дальше.

О, гелий
кислородной фальши!

В смеху холодном
пребываешь...

Под снежный грохот,
в правде плотной,
я затесался между:

цветаст ли, витилиг, –
твой празден лик,
а тень – кромешна.