Моя зима в игрушечный Эдем, Придуманный тобой, не поместилась - Ни слог не влез, ни слов звенящий темп, Ни образов морозно-ломких сила. Твоя герань, твой мимимишный быт, Оладушки, сливОвое повидло, Передник, шторки в рюшах голубых, Грибы, родня с Тамбова - все обрыдло. Я вязну в этой знойной духоте, Мне форточек на нашей кухне мало, Не этого я в юности хотел, Не это ты когда-то обещала. Скукожился в растопленной печи - На выдох - жар, на вдох - температура - Комок из неозвученных причин, Заложник неуклюжего амура. Плыть дальше? Закопаться в донный ил? Смотреть на звезды сквозь ряды кувшинок? Все службы перебором отзвонил Наш колокол, но мы-то, мы-то живы! Да, дети. Завернем их в тусклый беж Линялых простыней, укроем ложью… А за окошком снег - слепящ и свеж. И санный путь. И в белой дымке - лошадь.
И так отчётливо выражена именно мужская точка зрения на "семейные ценности"!
Классно.
Не высокая паэзь, но мне тоже нравится.
Маруся была вдохновителем, шла первым паровозом, а я, отдавливая пятки, подстраивалась, как могла.