Моня шёл по Дерибасовской с такой скоростью, будто за ним гнались все кредиторы с Привоза вместе с беспощадным вниманием его тёщи, Розы Марковны — грозы Молдаванки и главного инспектора его совести. Внутри Мони уже вовсю накрывали столы для грандиозного шухера, спровоцированного утренним форшмаком, который, судя по ощущениям, решил устроить в его кишечнике бурную демонстрацию с требованием немедленной депортации.
Навстречу, никуда не торопясь, выплыл Соломон Маркович. — Моня, стойте! Вы так бежите, будто у вас в кармане горит страховой полис, а вы — единственный агент в этом городе!
Моня замер, сжав зубы так, что эмаль жалобно скрипнула, и принял позу античной статуи, у которой внезапно свело всё, что может свести.
— Соломон Маркович... — просипел Моня, стараясь не шевелить даже бровями. — Я сейчас нахожусь в таком глубоком диалоге с собственным организмом, шо если я скажу вам «здравствуйте», это будет моё последнее слово в приличном обществе.
Соломон Маркович оценил бледность друга, задумчиво поправил шляпу и понимающе кивнул: — Ой, я вас умоляю, Моня! Вы посмотрите на это с точки зрения выгоды!
— С какой выгоды?! — простонал Моня, чувствуя, как внутри него кавалерия переходит в решающую атаку. — У меня внутри сейчас происходит извержение вулкана, а вы предлагаете мне бухгалтерию?
В этот момент «кавалерия» внутри него не просто пошла в атаку, а включила марш «Прощание славянки». Глаза Мони расширились, приобретая цвет и форму блюдец из сервиза Розы Марковны.
Не говоря ни слова, он сорвался с места так, будто его ужалил весь рой пчёл с пасеки дяди Изи. Он пулей влетел в двери ближайшего кафе, мгновенно исчезнув внутри...
Соломон Маркович засмеялся, поправил шляпу и пошёл дальше.
текст изменён полностью 20.01.2026
Опубликовано: 09/01/26, 01:54 | Последнее редактирование: Ирина 30/03/26, 18:20
| Просмотров: 336 | Комментариев: 21
Загрузка...
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Все комментарии:
Неплохо, в принципе, но куда без "но" (все - чистое имхо):
Оч. много одесского колорита и конструкции фраз словно однотипные для короткого анекдота, нет? Н-р: "с такой скоростью, будто за ним гнались все кредиторы с Привоза" "приобретая цвет и форму блюдец из сервиза Розы Марковны." "сорвался с места так, будто его ужалил весь рой пчёл с пасеки дяди Изи."
И у меня богатая фантазия, я могу придумать, в чём выгода последнего слова в приличном обществе, но если даже ЛГ Моня не понял!..., что говорить о рядовых читателях. :))) И, собственно, о чём зарисовка? Туалетная тема - тема на большого любителя. Если копать - ну, на пол-штыка смыслов накопаешь, маловато будет. Как часть бОльшего рассказа, где читатель знает, ху из Моня и что за отношения у него с приличным обществом Одессы, наверное, было бы даже хорошо. Но я этого не знаю, автор, возможно, знает, но пока не говорит
Было бы неплохо делать какие-то пометки, что оригинальный текст произведения заменен (иногда даже неоднократно) и часть комментариев относится к чему-то уже несуществующему в природе.
Я часто редактирую свои тексты и меняю их, если нахожу что-то более интересное. Недавно чистила страницу, чтобы не тратить баллы: убрала стихи, в том числе «Уходящий год». Мне кажется, юмореска на этом месте смотрится лучше. Сейчас вроде бы навела порядок, тексты все на месте, так и будет, а новые тексты — в новой публикации.
Ну вот, добралась. Собственно, мне особо нечего добавить к Наташиной рецензии. Ну и… нет связующей линии, что ли, того, что происходит в животе бедного Мони: в начале в одной фразе упоминаются накрываемые столы, немедленно оказавшиеся на готовящейся демонстрации (да ещё и с требованием депортации — кого???), а в конце вдруг откуда ни возьмись там идёт в атаку кавалерия (прямо по недонакрытым столам, да? ). И да, что даёт нам во фразе с кавалерией марш «Прощание славянки»? Оная начинает особенно ретиво брыкаться под музыку? Я уже упоминала «День радио», из авторов сценария которого двое — одесситы. Да, есть там эпизод и с «туалетной темой», однако, всё работает на основную идею фильма (а ранее — спектакля).
Прошу прощения за нескромный вопрос: а что в этой якобы юмореске авторского? Такие тексты с донельзя заезженным и потому давно уже не смешным юмором ИИ штампует за секунду. За примерами далеко ходить не буду. Даю промпт: "Напиши юмореску с одесским юмором про Моню, съевшего несвежий форшмак и встретившего Соломона Марковича". Мгновенно получаю:
Моня шел по Ришельевской так, будто нес в руках хрустальную вазу с нитроглицерином. Каждый шаг отзывался в животе стоном раненого кита, а лицо приобрело оттенок молодой капусты, которую забыли в подвале. Навстречу, помахивая тросточкой, выплыл Соломон Маркович — человек такой широкой эрудиции, что она едва помещалась в его трижды перешитый пиджак. — О! Монечка! — просиял Соломон Маркович, преграждая путь. — Вы посмотрите на этот цвет лица! Вы шо, решили записаться в партию «зеленых» или просто перешли на строгую вегетарианскую диету из одной лебеды? — Соломон Маркович, — просипел Моня, прижимая локоть к правому боку, — я вас очень уважаю, но если вы сейчас не дадите мне дорогу, я совершу в центре Одессы такое, за шо мне будет стыдно перед ЮНЕСКО. Соломон Маркович поправил очки и с интересом присмотрелся: — Я вижу по вашим глазам, Моня, шо у вас внутри происходит дискуссия, и, судя по вашей мимике, оппозиция берет верх. Шо случилось? Вы опять ели в гостях у Циперовичей? — Откуда вы знаете?! — вскрикнул Моня и тут же охнул, схватившись за живот. — Монечка, только Белла Марковна умеет готовить форшмак так, шо рыба в нем уже не просто умерла, а успела реинкарнироваться в нечто мстительное. Этот форшмак не переваривается, он пытается захватить власть над организмом. — Она сказала, шо селедка «первой свежести»! — простонал Моня. — Моня, в Одессе «первая свежесть» у селедки — это когда она еще помнит, как выглядит море. У Беллы селедка помнит, как выглядит Дюк без джинсов. Скажите, а вы его запивали? — Чаем… — Боже мой! — Соломон Маркович всплеснул руками. — Вы пытались потушить пожар в борделе стаканом теплой воды! Вам срочно нужно к Абраму Ильичу, он аптекарь и по совместительству философ. Он даст вам одну таблетку, от которой у вас внутри наступит тишина, как в синагоге после службы, или... Моня вздрогнул от очередного спазма. — Или шо?! — Или вы поставите новый мировой рекорд по бегу с препятствиями в сторону своего дома. Кстати, Моня, если вы планируете взлетать, делайте это против ветра — так советует морская авиация. — Соломон Маркович, вы — изверг! — Моня рванул с места, обходя соседа по широкой дуге. — Монечка, постойте! — крикнул вслед Соломон Маркович. — Если добежите, передайте Розе, шо я зайду к вам вечером за солью. Хочу посмотреть, осталась ли в вашей квартире хоть какая-то мебель после этого извержения! Моня не ответил. Он уже превратился в стремительную точку на горизонте, доказывая всей Одессе, шо несвежий форшмак — это лучший стимул для занятий легкой атлетикой.
Моня передвигался по Дерибасовской мелкими, деликатными шагами, словно человек, внутри которого завели будильник, а кнопку выключения забыли в другом районе. Его лицо выражало такую гамму страданий, что проходящий мимо слепой нищий не выдержал и сам подал ему копейку. В этот момент из-за угла, как айсберг на «Титаник», выплыл Соломон Маркович. — Моня! — громогласно провозгласил старый философ. — Вы посмотрите на этого человека! Такое впечатление, шо вы только шо узнали, сколько на самом деле стоит бесплатная медицина, или вам пришла повестка в налоговую прямо в субботу! — Соломон Маркович, — выдавил Моня, стараясь не размыкать зубы, — умоляю, не делайте мне сотрясение воздуха. Мой организм сейчас находится в состоянии гражданской войны, и я боюсь, шо правительство вот-вот падет. Соломон Маркович с пониманием прищурился и поправил пенсне: — Монечка, я таки вижу по вашей походке, шо вы имели неосторожность откушать форшмак у Циперовичей. Только у Беллы Марковны селедка имеет такой характер, шо она не согласна лежать тихо даже после смерти. — Как вы догадались?! — Моня на секунду остановился и тут же пожалел об этом: внутри что-то ухнуло и перекатилось. — Элементарно, Моня! Только человек, съевший «фирменный» форшмак Беллы, смотрит на горизонт с такой надеждой, с какой евреи ждали выхода из Египта. Скажите, она вам тоже говорила, шо эта рыба еще вчера смеялась в сетях? — Она говорила, шо это «семейный рецепт»! — всхлипнул Моня. — Таки да, это старый рецепт для сокращения численности наследников, — кивнул Соломон Маркович. — Монечка, послушайте моего совета. Сейчас вы идете домой, но не бегите! Бег создает ненужную турбулентность, а у вас там и так шторм в десять баллов. Идите плавно, как груженая баржа. — Я не дойду, Соломон Маркович… я чувствую, шо финиш приближается быстрее, чем я к нему. — Тогда слушайте сюда. Видите вон то здание с колоннами? Это не музей, это министерство, но нам важно не это. С обратной стороны есть заведение, над которым висит вывеска «Ремонт часов», но на самом деле там работает племянник моей Цицилии. Скажите ему пароль: «От Соломона для спасения души». Он пустит вас в святая святых без очереди. — Соломон Маркович, вы — мой Моисей! — Моня приободрился и сделал резкий шаг вперед. — Стоять! — гаркнул Соломон. — Моня, не делайте резких движений! Вы сейчас как сапер на минном поле — один неверный выдох, и Одесса содрогнется. И запомните: если Белла Марковна завтра спросит, как вам понравилась закуска, скажите, шо она была «незабываемой». Это будет чистая правда, а врать в нашем возрасте уже вредно для кармы. Моня кивнул, аккуратно, как заправский мим, развернулся и поплыл в указанном направлении, стараясь даже не моргать лишний раз. Соломон Маркович посмотрел ему вслед, вздохнул и пробормотал: — Бедная рыба… Она пережила два шторма в океане, шобы в итоге так бесславно закончить свой путь в Моне!
Можно было бы продолжать эти игры с ИИ вечно - но, в отличие от вас, не хочу засорять ЛитСеть.
(И совершенно без разницы, шёл Моня по Ришельевской или Дерибасовской.)
Скажу больше, Логиня. "Форшмак замедленного действия" - является полностью изменённым текстом. Ранее на этом месте была совершенно другая публикация, которая теперь бесследно исчезла. Ну как бесследно... Есть нюансы. Так вот, это было конкурсное стихотворение "Женско": https://litset.ru/publ/68-3-0-83153#ent807613 Любой желающий может кликнуть активную ссылку в комментарии Ирины и попасть сюда, на "Форшмак". Но странно другое. Это почти бесследно исчезнувшее стихотворение находится не только на "ЛитСети", но и на стихире за авторством некоего Йоси Таки. Сейчас публикация скрыта или удалена. Но есть методы: Этот, так сказать, Йося, судя по комментариям, имеет тесные связи с ТМ "Гуси-Лебеди". Первая публикация на странице датирована 16.10.18 г.: https://stihi.ru/avtor/radsel Хотелось бы получить комментарии, как публикация новичка в сетературе попала (с последующим почти исчезновением) на страницу Йоси с долгой историей.
Нам удалось связаться с редакцией ТМ "Гуси-Лебеди" и получить подтверждение, что страничка "Виктор Конкурсный" действительно принадлежит Виктору Косолаповскому (Лисину), заблокированному на "ЛитСети". Хронологически время снижения активности (с последующим полным прекращением) Виктора Косолаповского на стихире хорошо коррелируется с появлением на "ЛитСети" Ирины (с последующим нарастанием бурной активности). Есть и другие нюансы. Но думаю, что этого вполне достаточно. Виктор Косолаповский, Виктор Конкурсный, Семен Круглов, Йося Таки... Столько масок, и все мужские. Всем поклонникам и защитникам "бедной страдающей от произвола редакции" Ирины выражаю глубокое соболезнование. Судя по всему, вы, фигурально выражаясь, "обнимались и миловались с трансформером".
Судя по всему, вы, фигурально выражаясь, "обнимались и миловались с трансформером".
То, что Ирина не новичок в поэзии, стало понятно после ее оперативных корректировок (по замечаниям) одного из стихотворений (как-то уже писал об этом). Косолаповский это или ИрИна – мне, например, безразлично: оба есть у меня в избранных произведениях. Насчет ИИ – та же история: некоторые несуразицы в текстах не отменяют того, что сами тексты – забавны, – ну, и слава ИИ (почему бы нет). А вот то, что Ирина якобы недостойна считаться автором – так вы, что называется, или галстук снимите, или штаны наденьте: или стихи оценивайте, или личность... Впрочем, вам видней, конечно, но со стороны это выглядит странновато.
А вот то, что Ирина якобы недостойна считаться автором – так вы, что называется, или галстук снимите, или штаны наденьте: или стихи оценивайте, или личность...
Большая языковая модель (в маркетинге - "искусственный интеллект") юридически не является личностью (да и фактически маловероятно, что это достижимо). Соответственно, по нашему разумению, раз нет личности, нет и автора. Создать художественное произведение и сгенерировать по ключевым словам - согласитесь, не равнозначные творческие акты. К примеру, я совсем не умею рисовать. Хотя иногда на потребу генерирую какие-то картинки. Не буду же я называть себя художником, показывая всем изобразительные компиляции. Никому не придёт в голову называть счетовода математиком только потому, что он ловко пользуется калькулятором. И уж тем более - называть математиком калькулятор.
Спасибо, Георгий! Пробовала написать подражание на бытовую тему, но, видимо, перестаралась с коверканьем слов. „Банте“ — ещё ничего, а вот с „попса“, видимо, зря. Учусь!
Апрельский вечерочек идиллический, когда ты счастлива, что всё ещё жива. Тюльпанов раскрасневшиеся личики и заневестившихся вишен кружева - гармония, по воздуху рассеяны флюиды райские! Господне ремесло!
И вдруг ко мне Тамару Алексеевну, как термоядерную бомбу, принесло. Трагическая, грозная, но стойкая... Сменив пугающую бледность на багрец и грюкнув штофом с клюквенной настойкою, к столу в беседочке присела, наконец.
У Томочки классическое горюшко – такое, в общем, никого не поразит: супруг её – Орест Петрович Корюшкин – опять повадился налево, паразит… Надеялась, он как-то успокоится, что это с возрастом развеется само… Но час назад нахальная любовница ей в одноклассники отправила письмо. В нём о – супружнем недовоспитании и о безвкусице при выборе белья, ещё про неразборчивость в питании, недопустимости беседовать, жуя…
Такое скотство даме не простили, и незамедлительно решили отвечать! Мы выпили за взятие Бастилии, и наша отповедь, возмездьем горяча, звучала так: «Он выслан к вам трамвайчиком, встречайте! (на войне, как на войне!). С маразмом, простатитом, чемоданчиком, а всё имущество отписано жене».
Оч. много одесского колорита и конструкции фраз словно однотипные для короткого анекдота, нет?
Н-р:
"с такой скоростью, будто за ним гнались все кредиторы с Привоза"
"приобретая цвет и форму блюдец из сервиза Розы Марковны."
"сорвался с места так, будто его ужалил весь рой пчёл с пасеки дяди Изи."
И у меня богатая фантазия, я могу придумать, в чём выгода последнего слова в приличном обществе, но если даже ЛГ Моня не понял!..., что говорить о рядовых читателях. :)))
И, собственно, о чём зарисовка? Туалетная тема - тема на большого любителя. Если копать - ну, на пол-штыка смыслов накопаешь, маловато будет.
Как часть бОльшего рассказа, где читатель знает, ху из Моня и что за отношения у него с приличным обществом Одессы, наверное, было бы даже хорошо. Но я этого не знаю, автор, возможно, знает, но пока не говорит
Я часто редактирую свои тексты и меняю их, если нахожу что-то более интересное. Недавно чистила страницу, чтобы не тратить баллы: убрала стихи, в том числе «Уходящий год». Мне кажется, юмореска на этом месте смотрится лучше. Сейчас вроде бы навела порядок, тексты все на месте, так и будет, а новые тексты — в новой публикации.
Нижние комментарии не имеют отношения к тексту выше — я просто чистила страницу.
Я уже упоминала «День радио», из авторов сценария которого двое — одесситы. Да, есть там эпизод и с «туалетной темой», однако, всё работает на основную идею фильма (а ранее — спектакля).
Моня шел по Ришельевской так, будто нес в руках хрустальную вазу с нитроглицерином. Каждый шаг отзывался в животе стоном раненого кита, а лицо приобрело оттенок молодой капусты, которую забыли в подвале.
Навстречу, помахивая тросточкой, выплыл Соломон Маркович — человек такой широкой эрудиции, что она едва помещалась в его трижды перешитый пиджак.
— О! Монечка! — просиял Соломон Маркович, преграждая путь. — Вы посмотрите на этот цвет лица! Вы шо, решили записаться в партию «зеленых» или просто перешли на строгую вегетарианскую диету из одной лебеды?
— Соломон Маркович, — просипел Моня, прижимая локоть к правому боку, — я вас очень уважаю, но если вы сейчас не дадите мне дорогу, я совершу в центре Одессы такое, за шо мне будет стыдно перед ЮНЕСКО.
Соломон Маркович поправил очки и с интересом присмотрелся:
— Я вижу по вашим глазам, Моня, шо у вас внутри происходит дискуссия, и, судя по вашей мимике, оппозиция берет верх. Шо случилось? Вы опять ели в гостях у Циперовичей?
— Откуда вы знаете?! — вскрикнул Моня и тут же охнул, схватившись за живот.
— Монечка, только Белла Марковна умеет готовить форшмак так, шо рыба в нем уже не просто умерла, а успела реинкарнироваться в нечто мстительное. Этот форшмак не переваривается, он пытается захватить власть над организмом.
— Она сказала, шо селедка «первой свежести»! — простонал Моня.
— Моня, в Одессе «первая свежесть» у селедки — это когда она еще помнит, как выглядит море. У Беллы селедка помнит, как выглядит Дюк без джинсов. Скажите, а вы его запивали?
— Чаем…
— Боже мой! — Соломон Маркович всплеснул руками. — Вы пытались потушить пожар в борделе стаканом теплой воды! Вам срочно нужно к Абраму Ильичу, он аптекарь и по совместительству философ. Он даст вам одну таблетку, от которой у вас внутри наступит тишина, как в синагоге после службы, или...
Моня вздрогнул от очередного спазма.
— Или шо?!
— Или вы поставите новый мировой рекорд по бегу с препятствиями в сторону своего дома. Кстати, Моня, если вы планируете взлетать, делайте это против ветра — так советует морская авиация.
— Соломон Маркович, вы — изверг! — Моня рванул с места, обходя соседа по широкой дуге.
— Монечка, постойте! — крикнул вслед Соломон Маркович. — Если добежите, передайте Розе, шо я зайду к вам вечером за солью. Хочу посмотреть, осталась ли в вашей квартире хоть какая-то мебель после этого извержения!
Моня не ответил. Он уже превратился в стремительную точку на горизонте, доказывая всей Одессе, шо несвежий форшмак — это лучший стимул для занятий легкой атлетикой.
Продолжение следует.
Моня передвигался по Дерибасовской мелкими, деликатными шагами, словно человек, внутри которого завели будильник, а кнопку выключения забыли в другом районе. Его лицо выражало такую гамму страданий, что проходящий мимо слепой нищий не выдержал и сам подал ему копейку.
В этот момент из-за угла, как айсберг на «Титаник», выплыл Соломон Маркович.
— Моня! — громогласно провозгласил старый философ. — Вы посмотрите на этого человека! Такое впечатление, шо вы только шо узнали, сколько на самом деле стоит бесплатная медицина, или вам пришла повестка в налоговую прямо в субботу!
— Соломон Маркович, — выдавил Моня, стараясь не размыкать зубы, — умоляю, не делайте мне сотрясение воздуха. Мой организм сейчас находится в состоянии гражданской войны, и я боюсь, шо правительство вот-вот падет.
Соломон Маркович с пониманием прищурился и поправил пенсне:
— Монечка, я таки вижу по вашей походке, шо вы имели неосторожность откушать форшмак у Циперовичей. Только у Беллы Марковны селедка имеет такой характер, шо она не согласна лежать тихо даже после смерти.
— Как вы догадались?! — Моня на секунду остановился и тут же пожалел об этом: внутри что-то ухнуло и перекатилось.
— Элементарно, Моня! Только человек, съевший «фирменный» форшмак Беллы, смотрит на горизонт с такой надеждой, с какой евреи ждали выхода из Египта. Скажите, она вам тоже говорила, шо эта рыба еще вчера смеялась в сетях?
— Она говорила, шо это «семейный рецепт»! — всхлипнул Моня.
— Таки да, это старый рецепт для сокращения численности наследников, — кивнул Соломон Маркович. — Монечка, послушайте моего совета. Сейчас вы идете домой, но не бегите! Бег создает ненужную турбулентность, а у вас там и так шторм в десять баллов. Идите плавно, как груженая баржа.
— Я не дойду, Соломон Маркович… я чувствую, шо финиш приближается быстрее, чем я к нему.
— Тогда слушайте сюда. Видите вон то здание с колоннами? Это не музей, это министерство, но нам важно не это. С обратной стороны есть заведение, над которым висит вывеска «Ремонт часов», но на самом деле там работает племянник моей Цицилии. Скажите ему пароль: «От Соломона для спасения души». Он пустит вас в святая святых без очереди.
— Соломон Маркович, вы — мой Моисей! — Моня приободрился и сделал резкий шаг вперед.
— Стоять! — гаркнул Соломон. — Моня, не делайте резких движений! Вы сейчас как сапер на минном поле — один неверный выдох, и Одесса содрогнется. И запомните: если Белла Марковна завтра спросит, как вам понравилась закуска, скажите, шо она была «незабываемой». Это будет чистая правда, а врать в нашем возрасте уже вредно для кармы.
Моня кивнул, аккуратно, как заправский мим, развернулся и поплыл в указанном направлении, стараясь даже не моргать лишний раз.
Соломон Маркович посмотрел ему вслед, вздохнул и пробормотал:
— Бедная рыба… Она пережила два шторма в океане, шобы в итоге так бесславно закончить свой путь в Моне!
Можно было бы продолжать эти игры с ИИ вечно - но, в отличие от вас, не хочу засорять ЛитСеть.
(И совершенно без разницы, шёл Моня по Ришельевской или Дерибасовской.)
"Форшмак замедленного действия" - является полностью изменённым текстом. Ранее на этом месте была совершенно другая публикация, которая теперь бесследно исчезла. Ну как бесследно... Есть нюансы.
Так вот, это было конкурсное стихотворение "Женско":
https://litset.ru/publ/68-3-0-83153#ent807613
Любой желающий может кликнуть активную ссылку в комментарии Ирины и попасть сюда, на "Форшмак".
Но странно другое. Это почти бесследно исчезнувшее стихотворение находится не только на "ЛитСети", но и на стихире за авторством некоего Йоси Таки. Сейчас публикация скрыта или удалена. Но есть методы:
Этот, так сказать, Йося, судя по комментариям, имеет тесные связи с ТМ "Гуси-Лебеди". Первая публикация на странице датирована 16.10.18 г.:
https://stihi.ru/avtor/radsel
Хотелось бы получить комментарии, как публикация новичка в сетературе попала (с последующим почти исчезновением) на страницу Йоси с долгой историей.
Напоминаю, что до сих пор не получены объяснения, как публикации Ирины попали на техническую страницу конкурсной площадки ТМ "Гуси-Лебеди" "Виктор Конкурсный" (ранее страничка называлась "Семен Круглов").
https://litset.ru/publ/68-1-0-82925#ent804753
https://litset.ru/publ/84-1-0-82918#ent803552
Разница между временем публикации и временем сохранённой копии 4 минуты.
https://litset2.pa.infobox.ru/comment....mit=155
https://litset.ru/publ/23-1-0-82920#ent803553
Разница между временем публикации и временем сохранённой копии 2 минуты.
https://litset.ru/publ/69-1-0-82949#ent803940
Разница между временем публикации и временем сохранённой копии 16 минут.
Нам удалось связаться с редакцией ТМ "Гуси-Лебеди" и получить подтверждение, что страничка "Виктор Конкурсный" действительно принадлежит Виктору Косолаповскому (Лисину), заблокированному на "ЛитСети".
Хронологически время снижения активности (с последующим полным прекращением) Виктора Косолаповского на стихире хорошо коррелируется с появлением на "ЛитСети" Ирины (с последующим нарастанием бурной активности).
Есть и другие нюансы. Но думаю, что этого вполне достаточно.
Виктор Косолаповский, Виктор Конкурсный, Семен Круглов, Йося Таки... Столько масок, и все мужские.
Всем поклонникам и защитникам "бедной страдающей от произвола редакции" Ирины выражаю глубокое соболезнование.
Судя по всему, вы, фигурально выражаясь, "обнимались и миловались с трансформером".
То, что Ирина не новичок в поэзии, стало понятно после ее оперативных корректировок (по замечаниям) одного из стихотворений (как-то уже писал об этом). Косолаповский это или ИрИна – мне, например, безразлично: оба есть у меня в избранных произведениях. Насчет ИИ – та же история: некоторые несуразицы в текстах не отменяют того, что сами тексты – забавны, – ну, и слава ИИ (почему бы нет). А вот то, что Ирина якобы недостойна считаться автором – так вы, что называется, или галстук снимите, или штаны наденьте: или стихи оценивайте, или личность... Впрочем, вам видней, конечно, но со стороны это выглядит странновато.
А вот то, что Ирина якобы недостойна считаться автором – так вы, что называется, или галстук снимите, или штаны наденьте: или стихи оценивайте, или личность...
Большая языковая модель (в маркетинге - "искусственный интеллект") юридически не является личностью (да и фактически маловероятно, что это достижимо). Соответственно, по нашему разумению, раз нет личности, нет и автора. Создать художественное произведение и сгенерировать по ключевым словам - согласитесь, не равнозначные творческие акты.
К примеру, я совсем не умею рисовать. Хотя иногда на потребу генерирую какие-то картинки. Не буду же я называть себя художником, показывая всем изобразительные компиляции.
Никому не придёт в голову называть счетовода математиком только потому, что он ловко пользуется калькулятором. И уж тем более - называть математиком калькулятор.
Однако творцов, наносящих краску на холст с помощью вентиляторов, мышей, тараканов и т.п., вполне себе считают художниками.
Учусь!
Вот оригинал, он меня и сподвиг...
Апрельский вечерочек идиллический
Этичная Богамышь
Апрельский вечерочек идиллический,
когда ты счастлива, что всё ещё жива.
Тюльпанов раскрасневшиеся личики
и заневестившихся вишен кружева -
гармония, по воздуху рассеяны
флюиды райские! Господне ремесло!
И вдруг ко мне Тамару Алексеевну,
как термоядерную бомбу, принесло.
Трагическая, грозная, но стойкая...
Сменив пугающую бледность на багрец
и грюкнув штофом с клюквенной настойкою,
к столу в беседочке присела, наконец.
У Томочки классическое горюшко –
такое, в общем, никого не поразит:
супруг её – Орест Петрович Корюшкин –
опять повадился налево, паразит…
Надеялась, он как-то успокоится,
что это с возрастом развеется само…
Но час назад нахальная любовница
ей в одноклассники отправила письмо.
В нём о – супружнем недовоспитании
и о безвкусице при выборе белья,
ещё про неразборчивость в питании,
недопустимости беседовать, жуя…
Такое скотство даме не простили, и
незамедлительно решили отвечать!
Мы выпили за взятие Бастилии,
и наша отповедь, возмездьем горяча,
звучала так: «Он выслан к вам трамвайчиком,
встречайте! (на войне, как на войне!).
С маразмом, простатитом, чемоданчиком,
а всё имущество отписано жене».