Споткнулся заяц, мчавший через лес,
И кубарем в орешнике исчез.
Застрял, но выдрался и, осмотрев бока,
Так завернул – смутились облака –
О ветках, об орехах, о судьбе.
Понятно – был бедняга не в себе,
Но не ко времени упомянул орех
И зря не посмотрел при этом вверх.
Там белка примостилась на суку.
– И у тебя орехи на слуху?
Не уважаешь белок! – слышит крик –
Орехами нас попрекать привык!
Швыряя сверху в зайца всё подряд,
Визжала:
– Белконенавистник! Гад! –
Косого знатно вываляв в грязи.
В печали прочь зайчишка потрусил,
Кляня в душе и беличий заскок,
И куст, и всё, что запасают впрок.

Иная белка чутко ловит звон
И, не вникая в то, откуда он,
Считает, что она всегда права,
Отстаивая беличьи права.