Пятак луны,
прибитый над Самарой.
Застыв в раздумье, тихо, не дыша,
она в окно царицею Тамарой
с двенадцатого смотрит этажа -
на медленность, сменяющую скорость,
на неба разливные берега,
на перекрёсток жёлтых светофоров,
мигающих,
мигающих,
мига...

И не уснуть,
не видно перекрёстка,
застывший взор уходит вглубь тоски;
и кошки фильдеперсовая шёрстка
привычно льнёт под лёд её руки,
пытаясь ласки вытянуть хоть малость,
но дрянь-затея: скомкано внутри.
И вот ещё словечко привязалось:
Патриция,
Патриция,
патри...

..."Ах, как же он целуется!"
Откуда
проникла будоражащая мысль?
И сразу проявились почему-то -
и гула перекрёсткового смысл,
и жёлтый свет, и красные трамваи,
и даже полнолуния пятак.
Так не бывает, милый, не бывает.
Так не должно быть.
Так...
Тик-так,
Тик-так...