Только во тьме сегодня не страшен свет,
сердце горячим комом у горла бьётся.
Не выпускай меня из своих церквей
в город, сжигаемый заживо диким солнцем.

У сумасшедших нынче свобода слов –
старый калека новый огонь пророчит:
– Кто-то, – кричит, – придумал добро и зло,
хватит покорно верить избитым строчкам!
Скоро взойдёт заря мегатонн на сто,
и никому не важно, за что ты, кто ты,
свет отразится радостно от крестов,
золотом куполов заливая глотки,
а по руинам ночью помчатся псы...

Он говорит:
– И мёртвые будут плакать.

А уходя под яростным солнцем в зыбь,
тихо свистит, как будто зовёт собаку.

Лана Юрина
Его собака