Утрачен божественный смысл речений,
Рассеян огонь свечей...
Мне снится, как ходят под кожей черви,
Как волны грызут ковчег.

Я знаю, молитва мертва без веры, но вера почти мертва. Я знаю, что жизни без зла и вервий достойна любая тварь. Способен ли кто объяснить ловчее, зачем это всё? Зачем?..
И мечутся звери внутри ковчега, пытаясь разбить ковчег.
Но, Господи, мне не хватает силы, мне просто не хватит сил, и если ты ищешь себе мессию, искал бы других мессий. Ведь я не хотел становиться первым - с рожденья я здесь чужой - истёртый металл моего терпенья уже прорастает ржой...
Мы слишком привыкли не думать, кто мы, нам поздно искать - за что? О бревна бортов бьются грудью штормы: какую неделю шторм. Какой день подряд без надежд, без карты... Становится страх острей, и время уходит, за каплей капля, - осталась едва ли треть.
Повсюду шумят и ярятся воды: в морщинах морская гладь. В глубинах дождя затерялся ворон - стремительный взмах крыла. Сегодня за ним был отправлен голубь на поиск далёких скал.
...Вновь рвущийся крик обдирает горло, касается тень виска. Мне чудится: шею подставил овен, осталось сильней нажать, и выступит матовый отблеск крови на гладком конце ножа. Мне кажется, был наш ковчег придуман в каком-то чумном бреду. Змеёй выползает наверх из трюмов назойливый сладкий дух. Что раньше ценилось - бесследно смыло: судьба на дары скупа, и станет в итоге для нас могилой трещащая скорлупа. А море, всю тяжесть на нас обрушив, вскипает мощней и злей...
...Я просто хочу умереть на суше, прижавшись щекой к земле.