А старое зеркало на чердаке​,
в пыли, в паутине, во рваном чехле,
в углу, в окружении стульев и кед,
хранилось, наверное, тысячу лет.
Давно не смотрелся в него человек,
которому не было дела и нет
до стылого ветра, до новых прорех -
распоротых временем круглых монет.
Чехол расчехлился изнанкой души -
потрёпанной пылью свободы, увы.
И смутные блики, спускаясь с вершин,
плеснули в озёра куски синевы.
И стало светлеть в окруженьи немом,
стал мир отражаться во всех зеркалах -
в оконных, дверных, в старомодном трюмо...
Вчера улетело на быстрых крылах,

чтоб юная леди пришла на чердак,
собрав паутину, отринула страх.
Просеялось просо июльских сортов
из яркого солнца - вживалась любовь.