Истлел осенний лист до паутины,
впал в летаргию ли анабиоз.
Гипнотизируют мотивы
минорные, в груди щемит до слёз.
Зачем я долгим взглядом провожаю
багровой кровью тлеющий закат?
Больной змеёй кусает сердце жалость,
нет яда у неё, я жив... пока.
Но как пугает сумеречный саван,
что комнату укрыв по вечерам,
вдруг приведёт из прошлого красавиц,
с которыми гулял я до утра.
О, как же легковерен был и молод,
"люблю" разбрасывал как конфетти,
глазами ел, не наедался, голод
преследовал, знобил любовный тиф.
Укутывал красивыми словами
простые истины. Бедняк-богач.
Съедало время годы, жизнь коварна:
то соловьём поёшь, то каркаешь как грач.
Шторм замирал, в душе утихло море
и вот он - бессеребренника штиль.
Сижу я поседевшим Черномором
и жду, когда снесут меня в утиль.