Старик закурил, торопливо глотнув из фляги.
Слезились глаза на пугающий звёздный свет.
Он слышал когда-то давно о всеобщем благе,
но точно узнал – что всеобщего блага нет.

Хотел бы забыть, да на сердце зарубки с кровью:
вот – шар, что исполнит желание, лишь найди;
вот – плешь комариная;
пекло слепой жаровни.
И – мёртвый мальчишка, живущий в его груди

(такая отмычка желаний – хороший парень,
погибший, доверившись сталкеру, как дурак)...

Хоть подлость есть подлость, но он, как сумел, исправил:
«Пусть зоны исчезнут, всем счастья!» – кричал во мрак.

А после вернулся – в чужой, незнакомый город,
где прошлого нет и судьба, словно лист, бела.
Тогда у людей вдруг прошли неземные хвори.
Вот только кто умер – тот умер, и все дела…

Кто знает, как лучше? Старик потянулся выпить.
Он завтра уйдёт, наступил и его финал:
туда, где случатся Освенцим, ГУЛаг и Припять.
Где зона ждала его так – как никто не ждал...