Зима настала и тепло морозом бито с круглым счётом.
Ладошка сына – в котелке моей ладони! Это – что-то!
Потом отдельно повисит на пальце, обхватив, как знамя.
Иду, горжусь! Отличный сын! Улыбку прячу под усами!
А он идёт так, словно мир он сам творил из тьмы кромешной:
Тот лес, то озеро и нас, и свод небес, где в краске смешан
Ультрамарин земных надежд и изумруд лесных болотин,
Где смерть – к бессмертию рубеж, без косной и унылой плоти.
Когда-нибудь он подрастёт, в ладонь свою возьмёт планету,
С друзьями, это ж ясно. Вот.
Вот в эту вот ладонь,
Вот в эту!