щука-память в бурлящей воде
пробавляется хлебушком ситным,
на ночном бородинском ломте
солью неба блестят персеиды.
зрелый август на яблочки густ,
а плоды просвещения мельче,
и горчат временами на вкус,
как на жизнь запоздалые встречи.
осыпаются маковки звёзд
в зазеркалье языческих истин,
не вытаскивай солнце за хвост,
обожжёшь колонковые кисти.
клык луны – желтоватый имплант
задевает дубовую крону,
развивает в народе пилат
толерантность ушей к макаронам.
кровяными тельцами в петанк
жизнь играет в разбитых аортах,
жалко, врозь и пятак и табак
на закрытых от близости кортах.
пусть горячее слово одно
в облака словно ладанка ляжет,
и тебя охранит, мой родной.
остальное – лишь крап камуфляжа...