…Такое время: унынье душит,
безлики дни, вечера беззвёздны.
В тиши ссутулившейся, морозной
хрустит игольчатый иней – слушай:
уходит осень, не обернувшись,
сложили крылья сухие листья.
Они не птицы уже без выси,
дающей сладкий полёт воздушный,
они – земля. Отсырело небо,
упав на плечи седой рябины.
Но первый снег не такой невинный
и первый лёд невозможно крепкий –
не хватит солнечных оберегов,
ответов летних, что были прежде.
Настало время иллюзий снежных.
Скажи, откуда так много снега? –
на крышах, в парке, в душе. Мой город
футлярным стал да ушёл в затишье,
ворча там «кабы чего не вышло»,
боясь ветров, на расправу скорых,
зажёг огни фонарей и окон.
…Пойми, искусственный свет не сможет
спасти тебя от предзимней дрожи,
когда паршиво и одиноко.
Повсюду снег, от него не скрыться –
кричи, бунтуй – за метелью сила.
Взгляни иначе – за скукой стылой
видна краса ледяного ситца,
белёсой вязью узор ложится
на тротуары, дома, церквушки.
…А я для птиц мастерю кормушку.
Гляди, летят на пшено синицы.

********
Седьмая пятнница-375, унылая пора