Бестолковая ночь не дала ни покоя, ни силы.
Приковала постель, придавила в подушном плену,
Но душа не спала, как листок ее где-то носило,
Не давало к земле, да и к небу спокойно прильнуть.
Как кукушку её по заброшенным гнездам кидало,
Ни птенцов, ни отцов – никого, никогда,
но душе
Было дело до всех и на всех её вновь не хватало,
И скончалась она, как кончается детства «Дюшес».
…Бестолковая ночь обернулась потерянным утром,
Отпустила постель, остывать оставаясь одна,
А душа не пришла,
так и кончилась,
кончилась будто
Кто-то выпил её,
выпил залпом
до самого дна.