Каждый год он ближе, ближе.
И ступает на порог,
в дверь стуча - и вижу, вижу
у серпа железный рог.
Плащ его чернее ночи,
серп взрыхляет темноту.
Смотрят тыквенные очи, разгораясь там и тут.

Рвутся тонкие границы:
зацепил их острый рог -
и спешат к нам вереницы невесомых быстрых ног.

Их шаги как дуновенье
ветра осенью сырой,
И дыханье на мгновенье заморозит летний зной.
В их глазницах листьев ворох, пожелтевших под дождём,
А в ушах тоскливый шорох
пепла под живым огнём.

Припев:
Древний праздник в полнолуние.
Наливается луна
синим соком накануне дня...
Будет ночью не до сна.
Не до сна!

Голубой туман, цикутой
пропитав трухлявый крест,
мир земной собой укутал -
мир подземный вдруг воскрес.

Пляшут мертвенные тени
распевают голоса,
что грозой ночной осенней отдаются в небесах.
Закряхтел часовни остов:
ветер с ног чуть не свалил.
Устоять ему непросто, накренившись до земли.

И метла по небу мчится,
оставляя за собой
сажи тлеющей частицы
и унылый волчий вой.

Блёкнет лунная лампада, истончается фитиль.
Ты теням дана в награду -
До рассвета досвети.

Припев:
Старый праздник в полнолуние.
Наливается луна
Синим соком накануне дня...
Этой ночью не до сна.