Неглижа ты моя, неглижа! Что поделать с тобою, не знаю, Только слышно от краю до краю: «Да оденьтесь же! Где паранджа?!
Или вот ещё, плащ и гитара… Что вы так изменились в лице? - Постигаю, не с моря ли кару Ветер дул ли, Абдул ли загаром Мусульманскиим в правой руце?.. -
Одевайтесь! Немедленно! Платье! Ах, оставьте «небес кружева»! - Голове непокрытой проклятье В честь мою, неглижёва исчадья, И обритая (мне?) голова…
Чую, пахнет палёным, но скверно Понимаю, при чём тут рука Обнажённая, - до Олоферна Годы-кони и мулы-века… Поразмыслю, пожалуй, пока.
Разве это - угроза большая И, военную тайну тая, Поражение воображает Разве? - Не виноватая я! Было жарко… стреляли… свинья…
…На ладошке коронка-трансформер*. Штыковая лопата и - в зной! От земли отторгая картофель, Слышу ангелов над головой, - Не до них урожайному «пофиг!»
…И запомнит кондуктор опухший На железной своей колее, В паровозе по самые уши, Блики-зайчики солнечныЕ Безбилетными ехали, е…
И его я, конечно, замечу И приветик в ответ прожужжу Неприкрытому им неглижу: «О, какая случайная встреча!» - Уроня паранджу на межу…
Разве ведомо «каре Аллаха», Что умеет мечами сверкать,- Не последняя жница и пряха Не посмеет ему… уступать, Хоть руна золотого - папаха.
И, ознобливой дрожью объята, Убежит от бульваров-аллей Отпечатками узеньких пяток До последнего края запяток, Сбросив мантию… из соболей.
А то я забеспокоился.