В лес Петрович попал случайно, пьяный брёл, да свернул с пути. Вдруг из чащи:
– Здорово, чайник! Перепутал ориентир? Заходи, дорогой, не бойся. Вон, под ёлкой сухой пенёк. Здесь у нас кабаны да лоси, ну и я – вурдалак Санёк.
Путешественник огляделся – никого, только тёмный лес. Если что – есть баллончик с перцем да условный весьма рефлекс. В темноте затрещали ветки: из-под чёрных косматых лап то ли всплыл, то ли выполз некто и представился:
– Вурдалак. Для друзей и знакомых Саня, не женат, без пяти веган. Что молчишь-то? Отшибло память? Иль со слухом какой изъян?
– Я из города. Звать Петрович. Мясоед, сорок лет женат. Помню, как предложил здоровье накануне поправить брат. Мы спокойно себе сидели, но, как видно, попутал бес – самогонка, конец недели... без закуски... – и вот я здесь. Странный, Сань, ты веган, конечно – кровь на пальцах и бороде.
– Да в порядке моя конечность – я томатную пасту ел. Помидорный прикинь, Петрович, суп варить собирался, но больно долго его готовить. Если мне, – вообще всю ночь.
– Ладно, Саня, забудь про пасту, помидоры и постный суп. Магазины у вас, клыкастый, продуктовые есть в лесу?
– А зачем?
– Как зачем? Отметить! Со свиданьицем, так сказать, человека и... полуйети с помидоринами в глазах.
– Есть у нас упыриха Настя. У неё под горой ларёк: самогон на томатной пасте круглосуточно продаёт.
– Что? Опять на томатной пасте? Больше не на чем? Дикари...
– Упырям и такой за счастье. Им же главное, что горит.
– А рублями берёт?
– Хоть картой. Сказки врут, что у нас тут плебс – нечисть нынче живёт богато: интернет, все дела, прогресс!
Результат перегонки пасты стимулировал разговор и к рассвету картина маслом оживила еловый бор: утираясь колючей веткой, мужику о своих делах, на поляне лесной в жилетку горько плакался вурдалак. О диете, о жажде крови, о несчастной былой любви... Утешал упыря Петрович: где подсказывал, где давил, убеждая забыть о прошлом – мол, давно поросло быльём. А любовь... Погоди немножко, всё наладится, ё-моё!..
У дороги, слегка поддатый и напудренный кое-как, благодарно и крепко лапу жал Петровичу вурдалак:
– Оставайся. Найдём жилище. Лучше места не отыскать!
– Лучше сам заходи, дружище – дом семнадцать, квартира пять.
Увозил в городские будни потеряльца последний рейс. Вурдалак, словно бледный студень, уползал в полуночный лес.
Жизнь – суровая злая школа и уроков не пропустить. Сказка – ложь, а ещё психолог, помогающий на пути. Не судите и не осудит вас ни умница, ни дурак. Все мы грешники, все мы люди.
Даже сказочный вурдалак.