Замыслил я тебе писать венок сонетов,
Как обруч бочку чтоб тебя в нём охватить,
Воспеть те уголки, которы не воспеты…
Которые. Но е не влезло, уж прости.
И вот, поднакопив эпитетов конфетных,
Желаний и страстей набравшись по пути,
О стержне думал я. О той большой котлете,
Что в центре. И к ней мух тринадцать прилетит.

Котлету – заказал. Но рифмы нет. Тоска…
Ведь ты прекрасна там сидишь и без венка,
А я пишу и пью без жалости к печёнке.
О безысходный мир. Где выход? Дверь, гарсон!
За дверью продавал мужик бидон сгущёнки.
Купил тебе его. Не мужика. Бидон.