мне видятся ясно былые мечтания,
искрящихся чувств голубая нега,
средь образов светлых босые скитания,
рогозом поросшие где берега.

прекрасная муза, души восторгание,
во мне пробудила таланты и страсть.
порхали над озером наши желания,
и ты вслед за ними неслась.

я ждал твоих легких шагов, как сияния
звезд жаждут пары в ночи.
казалось, что в нас есть единство слияния
дельты, где мы - все ручьи.

но чайкой крикливой душа твоя стала,
той самой, что я застрелил.
все дальше и дальше ты прочь улетала,
в то время, как я так любил.

тоскою изъедена, голодом сморена
вся память о тех вечерах,
когда обнимать тебя было дозволено
сердцем у всех на глазах.

ты тоже скитаешься, мечешься, бъешься
как птица, попавшая в сеть.
любимая, что ж ты ко мне не вернешься,
я больше не в силах терпеть.

я чайка! я чайка! слова колдовские
не сходят с таинственных губ.
любимая, хватит, умру от тоски я,
мой слог стал бездарен и груб.

таланты пропали, потухли все свечи,
что некогда нас стерегли.
я болен, я черств, позабыт, искалечен.
нет больше той сладкой неги.

прощай, моя чайка, и прочь улетай
с ощущением свободы в крыле.
тебя ждет небесная вольная стая,
меня же лишь выстрел в заре.