Как засыхает дерево изнутри?
Дерево звать не может и говорить.
Тянет в мольбе ладони ветвистых рук:
в сердце завелся червь и точильщик-жук.
Просит: спаси меня человеко-бог...

Ты не услышал, вовремя не помог.

Сад покидаешь, дачный закрыв сезон,
дерево обрекая на вечный сон.
Долгой зимой не помнишь совсем о нём.
Снова придя на дачу апрельским днём,
руку кладёшь на жёсткий шершавый ствол —
листьев не видно, почек... оно — мертво?
Как же? Ну, как? - пронзает иголкой боль:
дерево это вместе росло с тобой!

*
жаркий июль в горошинах красных сад
гроздья рубинов в серьгах ветвей дрожат
мы собираем вишню вдвоём с отцом
падает вишня брызгает сок в лицо
в маминых пальцах нежится черешок
ветер сдувает чёлку наискосок
мама смеётся красным усам отца
дерево нежно льнёт к рукам-сорванцам
полон сугробов сахара медный таз
пенкой горячей я до ушей чумаз
дерево что-то шепчет над головой
гладя макушку терпкой своей листвой

*
Вишня растила плоть годовых колец.
В маме иссохла жизнь, как погиб отец.
Как ей сказать, что вишня в саду мертва?
Разве такие можно найти слова?

Купишь на рынке вишню и ей несёшь
будто из сада — мама поверит в ложь.
В пальцах покрутит тоненький черешок,
вдруг улыбнется ласково, хорошо,
только на миг и снова уйдёт на дно —
где ни меня, ни имя не помнит. Но
видит отца, сынишку, июльский сад —
хрупкое счастье тридцать веков назад.

Как засыхает дерево изнутри?