Женщина трогает воздух губами,
перебирает молитвы, как травы.
Те, что росли, зеленели меж нами:
бывшая память, как всполох кровавый.

Женщина тянется к тёмному древу,
плоть одичалая, словно короста.
Там в глубине одряхлевшего зева
чудится ей венценосный отросток.

Льётся из уст повивальная песня,
месяц-ягнёнок качается в зыбке.
Женская вера сильнее предвестниц,
стебель из рук вырывается гибкий.

Флейта звучит над садовой оградой,
женщина входит в сиянье по локоть,
где ощущая ночную прохладу,
тёрн золотой наливается соком.