­Кто вспомнит о траве, когда
Сидит в качалке тростниковой
И дух цветенья резеда
Вплетает в думы без следа
В тени природного алькова?

Кто вспоминает о траве,
Когда вдвоём на сеновале?
На пикниковом торжестве,
Вокруг костра на мураве,
Когда сердцам не до печали?

Кто, выпив крынку молока,
Упомнит вдруг, какие травы
Корове сытили бока
И прибавляли вес быка,
Чтоб в пользу корм, а не в отраву?

А как же злые сорняки?
Лишь травники их суть оценят.
С проворством знающей руки
Свернутся в нужные пучки -
В чудесное здоровья племя.

И часто горькая полынь
Звучит в стихах как горе-муки, -
Вкус истлевающих святынь
В душе разросшихся пустынь, -
Не панацеей для науки.

А ведь и ей земной поклон
За то, что просто есть на свете.
Из трав, что в мире легион,
Какую возвести на трон,
Кто вдруг осмелится ответить?

Когда приходим на погост,
Не в радость разнотравья буйство, -
Расчистив всё, промолвим тост...
А ритуал довольно прост -
Должно быть чисто... значит пусто.

Пусть не умею я воспеть
Земной травы и боль, и благость.
(И мне придётся умереть).
Прошу меня услышать впредь -
Совсем уж крохотную малость:

Оставьте просто бугорок
Песчаный над моей могилой,
Чтоб, как прощения итог,
Травою прорасти я смог
Навстречу Солнцу с новой силой.

Пусть неказистой наяву,
Колючей пусть и неприглядной.
Не вырывайте ту траву,
Порадуйтесь, что вновь живу
И вам, и Богу ненакладно.

(08.07.25)