за далëкой водой, за горбом горизонта осталось - что нужно:
россыпь влажных кувшинок, прохлада под завесью ив,
там - над пыльной дорогой святое, бездонное кружит,
в светло-синие плеши тревожно и зорко глядит,

за подросшим дитём, в путь обязанным дальней военной дорогой,
светло-русые волосы гладит, как мать, ветерком.
голося провожала деревня, махала берёзка у дома
олиствяненой, шепчущей слёзное лёгкой рукой.

под июльской жарой пожелтели, пригнулись былинки на кромке
ям-окопов, - что вырыты в пахнущем хвоей леске,
тут невидимый глазу таится от смертного, рвущего грома
сын полей и бескрайнего неба дарящего свет.

терпеливый он выдюжит тяготы: зноем июль небо сушит,
пусть бы так - сверху яростно жалит за месяц, за год.
среди свежеободранных сталью ветвей - мало нужно.
ветерком бы подул ТотКтоЕсть, Тот, Кто Там, - высоко.