...Сумеречные холмы. Где-то за окнами лес. Где-то за небом иной жизни подобие старта. Словно рассадник чумы – поле надрывных чудес. Дух раздирающий гной кроет заветную карту.
...Это случилось тогда, там, потому и затем, что у героев из книг тонкость кишки и намёков. Сумрак входил в города, вечно дивясь мерзлоте, где одержим только миг и – недержание сроков.
...Братство – за равенством вслед. Кольца сдавались в утиль. Позже и чаще в ломбард – так и короче и ближе. К светлым вершинам побед гнал дебаркадеры штиль. Или батяня комбат – это октавой пониже.
...Выход, наверное, есть. Стойка, отстойник и трап. Можно в себя иль за грань. Можно забыться и верить. Совесть, порядочность, честь кроет порядочный храп. Плюш, паутина, герань. Плотно закрытые двери.
...Это, должно быть, не мы. Мы рождены для удач. Только в роддоме судьбы, кажется, нас подменили. Сумеречные холмы. Ждёт неудачников плач: старый как мы "Let it be" на полустёртом виниле.
...Будет, конечно, не так. Лета недолгие мгле, что над холмами опять, не предвещают просвета. Молодость нынче не та, силу упрятав в игле. Мысли отправлены спать. Помыслы в общем про это.
...Карта ложится как встарь: ищется, кто виноват. Нашим достаточно знать выходы, явки, пароли... А над холмами – фонарь, что освещает закат, ждёт подходящую знать...
...Для исполнения роли...