На полях, где пели птицы, из столетнего зерна
прорастала не пшеница, а отборная война.
Забавлялся чернокнижник, зубоскалил бес когда
день за днём в колосьях рыжих зрела злачная беда.

Всюду ложь мололи, чтобы – от рассвета до зари –
умножались лихоробы, войнопашцы-плугари,
чтобы в братьях видел каждый неприятельскую рать,
ненавидел и однажды стал готовым убивать.

Время шло. Сожжённым летом, корни выпачкав золой,
скороспелые ракеты поднимались над землёй.
Их опавшие крупицы оставляли чёрный след,
чтобы смертью возродиться через сотню мирных лет.