Три старушки
на скамейке
говорят о внучках своих.
За словами про детский сад -
тишина о смерти,
куплетик
о жизни после себя.

Две девочки лет четырех-пяти
порхают, словно боярышницы,
от железной трубы детской площадки
к железной трубе
детской площадки.
Падают и смеются.
И вдруг
превращаются в двух боярышниц;
облетев зачем-то старушек,
ныряют в сирень.

А за ними - куплетик
о жизни
после себя.