Гевеи трепетали. Зеленея, кружился новогодний постовой. По всем приметам, Новая Гвинея, просилась на предпраздничный постой к русалке-вертихвостке. Горсти риса бросал в окно Мороз, смеясь в усы... Ответь же мне, любезнейший Борисов, ты как сумел одеть свои трусы на хвост храпящей даме? Виртуоз! Таков мой архикаверзный вопрос)))
В снежки игрались Дед Морозы, Гирлянды оплели Арбат, Роняли горько ведьмы слезы, А ведь никто не виноват, Что одиночество царило В их комфортабельных домах. Деньгами публика сорила, Везде царил большой размах. Русалки шли с абонементом В бассейн веселою гурьбой, Яга спихнула с постамента Поэта, заменив собой. Мигали светлячки в отелях, Трамваи пели в унисон, И детвора в своих постелях Уже восьмой смотрела сон. Очередного рифмописца На землю сбросила Яга, Я попытался разозлиться, Не получилось. Как всегда. А что русалка надевает На свой вертлявый хвост трусы – Чего в России не бывает, Когда двенадцать бьют часы. )))
Трусы, сам понимаешь, истлели)))
кружился новогодний постовой.
По всем приметам, Новая Гвинея,
просилась на предпраздничный постой
к русалке-вертихвостке. Горсти риса
бросал в окно Мороз, смеясь в усы...
Ответь же мне, любезнейший Борисов,
ты как сумел одеть свои трусы
на хвост храпящей даме? Виртуоз!
Таков мой архикаверзный вопрос)))
Гирлянды оплели Арбат,
Роняли горько ведьмы слезы,
А ведь никто не виноват,
Что одиночество царило
В их комфортабельных домах.
Деньгами публика сорила,
Везде царил большой размах.
Русалки шли с абонементом
В бассейн веселою гурьбой,
Яга спихнула с постамента
Поэта, заменив собой.
Мигали светлячки в отелях,
Трамваи пели в унисон,
И детвора в своих постелях
Уже восьмой смотрела сон.
Очередного рифмописца
На землю сбросила Яга,
Я попытался разозлиться,
Не получилось. Как всегда.
А что русалка надевает
На свой вертлявый хвост трусы –
Чего в России не бывает,
Когда двенадцать бьют часы.
)))