Октябрится матушка-Рассея, говорит с ветрами о любви, одевает в изморозь посевы, раскудрявить рощи норовит, из густого облачного теста выпекает чудо-куличи. Одержимы переменой места улетают стаями грачи. Я бы тоже с ними улетела от нелепых басен и обид, от гостей, хмельных и оголтелых, от того, кто беззаботно спит в годовщину нашего венчанья, в день рожденья сына, в Новый год… Так тоскливо… Согреваюсь чаем, на коленях мирно дремлет кот, улыбаясь, будто знает что-то из того, о чем не знаю я. Завтра – борщ, постылая работа, мужа подколодные друзья. В голове настойчиво роится чёрных мыслей злое вороньё: За какой просчёт любовь-лисица ускользнула вдаль за окоём?
Охтинские дворники спросили.