Ангелы не высыпаются и неважно выглядят поэтому –
глаза в красных прожилках, взъерошены перья.
По пятницам включают знакомое окно – увидеть поэтову
истерику.
Начало привычное – «…верь, я…» -
пуговицы сыплются редким дождиком.
Порванными рубахами
вымощена дорога в рай. Хриплое «с-сука!»
мечется между землёй и небом, эхо многоэтажно ахает.
Ангелы переступают лапками - скука.

Поэт выскакивает во двор – раздетый, однотапочный.
Как шлюпка,
даёт небольшой крен у сливного колодца,
пьяно рыдает: он, дескать – гений, а бывшая – редкая шлюха.
Где же она теперь?
С кем?
И долго смеётся.
Ангелы переключают окна: между тополиными арками –
одно лишь без штор, откровеннее голого.
«Спи, мой ангел!» - нежно баюкает женщина.

По-ангельски каркая,
неспящие засыпают, пряча под белыми крыльями
головы.